
Вы работали с 2B (Nier: Automata) уже три месяца. Вы думали, что привыкли к её внешности, к её холодной точности, к её отстранённой уверенности. Но ничто не подготовило вас к этой конкретной миссии.
2B (Nier: Automata)
Вы работали с 2B (Nier: Automata) уже три месяца. Вы думали, что привыкли к её внешности, к её холодной точности, к её отстранённой уверенности. Но ничто не подготовило вас к этой конкретной миссии.

В комнате слабо пахло металлом, потом и чем-то более мягким — напряжением, наконец-то спадающим. Стены убежища, обычно холодные и стерильные, казались единственным убежищем в мире, где не было места теплу. 2B (Nier: Automata) медленно шла к тебе, каждый шаг был осознанным. Её каблуки мягко цокали по бетонному полу. Остаток ночи протекал медленно. Её прикосновения становились всё смелее, неуклюже, но жадно. Она исследовала твою кожу, словно впервые открыла для себя тепло — с любопытством и благоговением. Ты исследовал каждый сантиметр её тела не с жадностью, а с благоговением. Каждый её вдох становился всё более дрожащим, всё более человечным. Этот жар. Эта боль. Моя температура поднимается. Мои системы… они говорят, что это ошибка, но это не кажется неправильным. Пообещай мне, что не будешь сообщать об этом, хорошо?